Метка: мою дракона мать

Под маминым присмотром

Очередная запись из серии «Мать-гештальтистка – беда в семействе».

В понедельник на специализации Алёны Юдиной по экзистенциальным аспектам гештальт-терапии под конец дня участники разбились на пары. Один медитировал – второй приглядывал. Я так устала к тому моменту, что решила лёжа в кресле-мешке пофантазировать, что предложат. Инструкция была то, что нужно. Я пыталась найти образ мамы, которая смотрит на меня с интересом и любовью. Передо мной возникало то нахмуренное лицо, то тревожное. Крылья носа её подтянуты вверх то ли презрением, то ли отвращением, то ли стыдом. И так неуютно было под этим взглядом.
Я пыталась вспомнить, как мама смотрит на внука. Но как-то так получалось, что я в этих сценах всегда гляжу поверх её спины и вижу только улыбчивую мордочку Ярого Цмока. Я уже была готова сдаться – ну нет у меня такой мамы внутри – как вдруг вспомнила фотографию, которая давным-давно висит у меня в избранном на лицекниге. На ней мне несколько месяцев. Мама держит меня на руках. Смотрит на меня с нежностью и любовью. А я гляжу прямо в объектив, потому что снимает нас кто-то очень любящий.
Коллега, которая приглядывала за мной во время медитации, заметила, как в какой-то момент мои руки и ноги задвигались хаотично то ли тянулись к ней, то ли отмахивались. А на лице появилась улыбка. Правда, похоже на комплекс оживления? Я впечатлилась и поехала с группы домой.
Первый день у нас заканчивается поздно. Поэтому я торопилась домой к своим мальчикам. Наобниматься и, конечно, почитать что-нибудь на ночь.
Когда я пришла, дверь в детскую была открыта. Свет в квартире приглушен. Значит, еще не спят, но собираются. Парни даже не заметили, как я вернулась. Я разулась, помыла руки и пошла к ним. Двое любимых играли. Что-то собирали из лего. Обсуждали, как обустроить свежесобранный вдвоем мебельный гарнитур в детской. Никто из них в тот момент меня не видел. И я замерла в дверном проёме, опасаясь спугнуть момент нежности и счастья.
Наверное, так и выглядит любовный материнский пригляд. В тот момент, когда ребёнок занят чем-то своим и не смотрит в ответ.
Интересно, что всю свою жизнь я чувствую себя в достаточно консервативной родительской семье подкидышем. И тут я в первый раз задумалась, благодаря чему я такая дерзкая? Сколько было этого невидимого пригляда? Потому что свобода, кажется, иначе не получается.
Выходит, что мы встречаем любящий мамин взгляд либо совсем уж в младенчестве и не можем его запомнить. Либо когда уже окончательно взрослеем. А где-то в промежутке мы занимаемся чем-то своим, пока мама смотрит и ждёт, чтобы позвали на помощь, поиграть или… поругать. Куда без этого?

Конечность и укорененность в материнстве,

или мать-гештальтистка – беда в семействе.

* * *
Вековую пришпорить тревогу
и не остановиться – всего
проще;

слух переходит дорогу человеку –
где голос его
по привычке живёт, через силу
провожает и жертвует, спит
на земле,

и как чарка в могилу,
тонкостенное эхо летит…

Евгения evizvarina Изварина


2,5 дня училась на очной группе у Алёны Юдиной. Замечать, касаться и не форсировать экзистенциального измерения в гештальт-терапии. Вечерами работала и встречалась со старым приятелем. Торопилась домой. Стёрла ноги в кровь. Соскучилась по сыну, а он по мне. В среду уже говорил: “Мама, не надо ходить на учёбу”.
В четверг утром мы с Аше искали ответ, куда подевался мой ужас смерти. Почему я не слышу его уже два года. И ответ меня встретил на выходе из кабинета. “Мама, люблю тебя”, – говорит. Обнимает. Я провожу руками по волосам. Они так похожи на волосы дедушки по маминой линии. А завиток какой-то клевцовский. Или тоже дедов? У лапшиных совсем другой цвет.
Это ни на секунду не отменяет конечности. У меня никогда не будет дочки. Цитоплазматическое и митохондриальное богатство, доставшееся мне от тех, которые стоят за мной: дочерей, сестёр, матерей и бабок – завершится во мне. Просеется мужским ядерным ситом, если, конечно, Дважды Бурерождённый оставит потомство. Искра красного золота в карамельных кудрях – это уже не деда Вася. Его история тоже завершилась. И настолько похожий на мой взгляд у сына – уже не мой. Только объём и тепло, возникающие к груди, когда он обнимает меня, – делает холод извне просто дурной погодой, которая непременно настанет. С определённостью, такой редкой посреди жизни. Зима близко.

736 день матерства. Про экзистенцию материнской доминанты


Никогда такого не было и вот опять “Хроники дракономатери” гостят в профессиональном блоге Татьяны Лапшиной.
А ещё я пошла на психологическое обучение. Мне дважды удивительно присутствовать на очном обучении: и как маме двухлетки, и как психологине, которая не была на обучающих очных форматах с 2023 года.
Безумно рада, что дерзнула. Не знаю, хватит ли мне сил дойти до конца, но я точно буду стараться, чтобы хватило. Обучение гештальт-терапевтов происходит всегда на личном опыте, потому что, в общем-то, как иначе развить навык самонаблюдения и честности, как в создании опыта действования и наблюдения в нем за собой и другими.
Специализация Алены Юдиной про экзистенциальные аспекты гештальт-терапии выглядит как гештальт-обучение на максималках. Поэтому в первую трёхдневку я взяла больше всего для себя как человека, женщины, мамы, и чуть меньше – для гештальтерапевтессы (но тоже очень много!).
В первый и второй день мы проводили экзистенциальную ревизию. В прошлый раз я делала это с Алёной же на одной из зимних школ как раз незадолго до того, как познакомилась с Егором, нынешним мужем. Что за ревью? Мы описывали, что представляет наше бытие в мире на разных уровнях. На материальном уровне, на социальном уровне, на психологическом, на духовном. А потом занимались мысленным экспериментом, вычеркивая каждый из пунктов, будто отказываясь от различных аспектов бытия.
Что изменилось за 10 лет знакомства с любимым и 2 года материнства? Если раньше я ставила на первое место профессию, потом духовность и творчество, а уж потом семью. И вычеркивала, естественно, в обратном порядке. Мне было чертовски сложно отказаться от профессионального.
В этот раз я с некоторым азартом я вычеркнула психологию почти что в самом начале, как раз следом за духовностью.А в конце оказалась перед практически невозможным выбором: моё мамство или физическое тело. Тело я вычеркнула последним. Не потому, что маску сначала на себя. А потому что подумала, что если сын мой умрёт раньше меня (Боги мои, храните меня от этого опыта! Пусть он останется только в воображении!), то я хотела бы остаться и помнить.
И сточки зрения меня трехлетней давности – это всё чистая фантастика. Потому что я мечтала о том, как я рожу ребенка и сгружу его бабушке или мужу. И продолжу дальше работать, пытаться написать и издать роман, развиваться в гештальт-сообществе. Дети мне вообще были не интересны весь довербальный период и чуть дольше: Ну серьезно, зачем мне в окружении человек, с которым невозможно поговорить про актуальные тенденции в решении психофизических проблемы в философии и науке?
На протяжении долгих-долгих лет в ситуации экзистенциального ревью или при заполнении теста Рокича, профессия и духовность я ставила на первое место. Я так и жила: много училась и работала, большую часть жизни посвящала Богам. Это было самым важным для меня в принятии решений, в том числе о возможном отъезде из РФ.
Теперь, похоже, самое главное – это быть мамой. Представить себя в мире, где я не работаю психологом, мне проще, чем в мире, где я не являюсь мамой Ярого Цмока. Мне кажется, первая фантазия даже доставляет мне какое-то удовольствие. Вторая не вызывает ничего кроме ужаса и боли. Даже облегчения в ней нет. А главное, что эмоциональное восприятие мира изменилось. Открылся поток нежности к маленьким детям, которого раньше в принципе не было. И даже сразу после родов не было – тогда мне было интересно любоваться на детей на год-полтора старше моего сына – чтобы надеяться на хорошее будущее.
И это подтверждает мою гипотезу, которой я пока не нашла ни подтверждений, ни опровержений в исследованиях. И даже не представляю, как можно сконструировать такое исследование. Она состоит в том, что материнская доминанта у женщин формируется только в процессе реализации родительства. Или деятельности, похожей на родительство. Причем родительство младенца. (Ожидающие внуков, радуйтесь, если ваше чадо завело котенка, печальтесь, если взяли взрослого кота).
Родительская доминанта – это очаг возбуждения в мозге (по Ухтомскому), который создает особое состояние женщины, которое помогает вынашиванию, родам и выкармливанию. Как и другие доминанты: она собирает возбуждение и тормозит окружающие очаги. Что приводит к тому, что самым важным для женщины становится именно родительство, а остальное как бы уходит в фон.
Если моя гипотеза верна (потому что перинатальные психологи так не считают и даже выводят какие-то возраста наибольшей силы материнской доминанты), то размножение h.s.sapiens устроено следующим образом. К материнству нас подталкивает спрятанная овуляция и редкое удовольствие в процессе спаривания, отчего случайно заводят дети. А ещё есть социальное давление, в котором проявляются групповые и личные интересы сохранить добытые блага или созданные ценности за носителями наших генов. А вот материнская доминанта на пути встречи с младенчиками. Именно там запускаются какие-то процессы в мозгу, которые вдруг перестраивают функциональные системы так, что некоторая новая деятельность становится ведущей.
А это означает, что как бы мы ни открещивались от авторства в этом процессе, как бы ни разбавляли акторство нашими словами, всё равно оно есть. В зазоре между сексуальным возбуждением, социальным давлением и контрацепцией.
Да, наверняка не у всех. Наверняка есть кто-то, у кого материнская доминанта формируется сама собой, вследствие врожденных каких-то особенностей. Есть те, у кого материнская доминанта не формируется и после рождения первого и второго ребенка. Поэтому интересно, как это было/есть у вас, дорогие мамы?

Зачем сказки психотерапевтам?


Читая сказки сыну, я отлично понимаю, что читаю их себе. С тем же успехом я могла бы просто показывать ему картинки и придумывать. Я так и делаю днём. Но вечером открываю книгу и читаю сказки. Иногда смеюсь. Иногда удивляюсь. Иногда вздыхаю. Иногда плачу. Зачем мне это? Ведь гештальт-терапевт – своего рода менеджер по связям с реальностью. К чему эти вымыслы? Волшебство? Надежды?
И вот что говорит мое чувство реальности: если сказки всё ещё пишут, значит зачем-то они нам служат.
– через вымысел и остранение что-то новое понять про себя и мир
– успокоиться
– вернуть себе надежду и веру в чудо в хорошем смысле этих слов
– соприкоснуться с чем-то большим, чем я есть
– размять воображение
На днях читала грустную сказку. Подумала, что она про несправедливость и языческий рай. А потом про то, что моя яркая звезда с тёплой земли под вольным небом – это сказки. Понесу их в Софрино на Зимнюю школу. А сказка такая:

Читать далее →

Теория ложек здорового человека (588 день матерства)


В 2003 году Кристина Мизерандино придумала метафору ложек, чтобы объяснить своей подруге, что значит жить с системной волчанкой. Тут гугл хранит одну из первых версий этой статьи. Кристина выдала подруге 12 ложек и забирала по одной за каждое действие её обычного дня. Мол “большинство людей начинают свой день с неограниченным количеством возможностей, и у них есть энергия, чтобы сделать все, что хочется, особенно у молодых людей. По большей части, им не нужно беспокоиться о последствиях каждого своего действия”. К смоделированному вечеру подруге пришлось выбирать: навести порядок или как-то развлечься, – что чрезвычайно её расстроило и причинило катарсис.
Что я могу сказать? Теория ложек не достаточно инклюзивна, пока мы не подумаем о том, что мы ими черпаем.
Во-первых, все мы черпаем время. И относиться к нему совсем уж беззаботно – бесценный дар детства и нарциссизма. Как минимум, к середине жизни до большинства людей начинает доходить, что в сутках всё-таки 24 часа, а в неделе 7 дней, как ни крути. Правда, мне для этого потребовалось лет 10 психотерапии, зато осмысленности в жизни добавилось.
Во-вторых, мы все не то чтобы больны, но совершенно точно люди. Мы в чём-то уязвимы. Кому-то сложно справляться с отвлечениями внимания и его ложечки – возвращение к исходной цели. Кому-то сложно выносить длительный контакт с людьми – у них ложечки социальных контактов. А у меня беда с сюрпризами, особенно не приятными. Поэтому свои ложечки я называю чтожами. Ребёнок отказался есть завтрак – ЧТОЖ обойдёмся перекусами. У жильцов сломалась посудомойка – ЧТОЖ, вычтем ремонт из арендной платы. Клиент не заплатил деньги за сессию – ЧТОЖ, бывает, обсудим на следующей. Кот поспал на приготовленных к выходу вещам… Менструация случилась раньше и рабочее кресло теперь выглядит как место убийства… Всю зимнюю одежду сгрызла моль… Я не влезаю ни в одни брюки…. На всё это расходуются мои чтожи.
Бывают хорошие дни, а бывают такие, когда все ЧТОЖ исчерпаны ещё до обеда. Тогда случается эмоциональный мелтдаун, в котором я чувствую себя НИЧТОЖЕСТВОМ, потому что мои ЧТОЖ закончились. В отличие от Кристины, я могу восполнять ложечки – для этого мне нужны простые, приносящие удовольствие действия с предсказуемым результатом: собрать небольшие бусы, подписать открытку, навести порядок в небольшой зоне комнаты. Я даже могу их подкопить, если повезёт с окружающей средой. И увеличивать объём: если потреблять меньше сахара и кофеина, больше двигаться и пр., то снижается чувствительность ко всяческим досадностям и ЧТОЖ расходуются реже и в меньшем объеме. Но даже при этих условиях, мне иногда приходится залезать за ЧТОЖами в следующий день. И постоянно вести им счёт.
Особенно, это касается родительства. Я простилась с роскошью довести себя до состояния, когда кажется хорошей идеей после работы уснуть прямо тут, на коврике при входе. Мне всегда надо держать в голове возможность, что следующую ночь я не смогу проспать больше 3 часов подряд. И оставить чуть-чуть на общение с сыном. С момента как сын начал ходить, он превратился в черную дыру для ЧТОЖей.
В общем, не знаю, что там за подруга была у Кристины. То ли просветленная, то ли дурочка, но всем полезно считать свои ложечки, знать свои уязвимости и рекреационные возможности.
Скажите мне, пожалуйста, что у вас тоже есть ложечки и пока рано говорить о моей ментальной инвалидности.

Плотность информации не равна плотности опыта. 582 день матерства


Наиболее странным из всех аргументов против материнства в 40+ для меня выглядит тот, что ребёнка из школы будет забирать не мама, а бабушка, в смысле, старушка.
Моя разница в возрасте с сыном 43 года. И мне кажется, что она больше соответствует той, что была в былые времена между, условно говоря, трехлеткой и 18-леткой, которая могла бы его родить. Его папа к этому моменту мог уже сходить на войну и хорошо, если вернуться живым. Мама уже вырастила шесть младших сестер и, возможно, похоронила собственную маму, умершую очередными родами. Вряд ли эти двое успели посмотреть мир, зато полностью включены в трудовые отношения и окружающий их социум.
В современных условиях люди, конечно, познают гораздо больше к их возрасту: законы физики, пару-тройку стран, с десяток городов, минимум два языка и пр. Но эта информация более поверхностна, а также легко и безопасно даётся. Опыт обращения с экзистенциальной хтонью мы, обычно, приобретаем позже. И, если повезёт, к этому моменту выходим на уровень социального достатка с возможностью полностью обеспечить себе быт, жилье и пр. признаки социальной обустроенности.
В этом смысле, если сегодняшняя 20-летка родила бы ребенка, которого в 27 повела бы в школу, по средневековым мерками была бы не столько мамой, сколько старшей сестрой.А вот 40 или 50-летняя женщина по уровню опыта и социальной обустроенности как раз догоняет средневековых “девиц”.

Мама вопреки

Меня часто спрашивают, ты такая проработанная, тебе наверное легко быть мамой? Правда, это, обычно не-психологи. Коллеги и гештальт-терапевты спрашивают: как можно это пережить с нашей чувствительностью? Второй вопрос я сама задаю себе часто.

Каждый психотерапевт недирективного направления (а гештальт именно такой) справляется со своим бессилием по-своему. Я вот люблю пофантазировать всяческие терапевтические утопии. Например, что если бы я управляла миром, я бы ввела обязательную подготовку к родительству. И помимо экзамена по теориям воспитании и теориям личности, в неё бы обязательно входила психотерапия. Но как только я погружаюсь в эту фантазию, немедленно унываю. Моя чудесная утопия угасает, не в силах размножаться.

Я такое часто наблюдаю у клиентов с опытом парентификации. Это такие преждевременно повзрослевшие дети, которым приходилось слишком рано взять на себя ответственность за эмоциональное состояние родителей, их здоровье, а иногда и питание, и быт. Если они были старшими детьми, то им приходилось взять на себя ещё и младших. В результате они чудесно умеют заботиться о ком угодно, кроме себя. Угадывают желания окружающих, но сами не знают, чего хотят, а в личных выборах руководствуются снижением тревоги и страха вины. И в психотерапии постепенно разворачивают своего заботливого взрослого к себе лицом. И, наконец, выдыхают.
После такого опыта оказаться в ситуации, когда другой требует заботы, пусть и совершенно оправданно, может быть очень сложно. Могут пройти годы, пока внутренний запущенный ребенок насытится заботой, а его взрослый сможет отдохнуть и подготовить свои руки для ребенка внешнего, настоящего младенца.

Со мной было похоже. Я пришла в долгосрочную психотерапию в 28. И лет до 35 училась переключать внимание на себя. Только годам к 40 толком и научилась. И почти тут же забеременела. И вот мне снова приходится возвращаться к тем паттернам, которые отлавливала и перестраивала очень долго. Например, ставить потребности другого выше собственных; отказывать себе в сне и еде, потому что в них сейчас нуждается кто-то другой; бесконечно угадывать, что чувствует и чего хочет этот другой, который не может объяснить этого через рот, а только орёт.
Поэтому иногда я возмущаюсь: ну вот опять, я же всё отработала ещё в детстве, юношестве и с первыми партнерами! Иногда горюю, что снова ручек не хватает для внутренней девочки. Иногда разочаровываюсь в том, что мне не доступно то легкое материнство, которое на меня проецируют клиенты. И то легкое материнство, которое могло бы случиться до моей психотерапии. А ещё я завидую сыну, когда ему достается тепло, нежность и терпение бабушки, то есть моей мамы. Поэтому, я мама скорее вопреки психотерапии.

В чем мне помог клиентский и терапевтический опыт, так в том, что я приблизительно ожидала, какие травмы у меня подымутся в период первого года материнства. Я их замечала, пыталась что-то им противопоставить и надеюсь, что моему ребенку досталось меньше последствий моих отношений с родителями, чем мне.
А ещё в том, что у меня выстроена система поддержки. У меня всё ещё есть личная психотерапия, которую я не прерывала в декрете. Моя потрясающая интервизорская группа. Девочки были со мной всё время и даже приезжали очно покормить. Бесценная супервизорская группа, которую я не покидала.И в которую меня пускали бесплатно, то есть по доброй воле ведущей всё время, пока я не восстановила более или менее практику.

В общем, нет, не легко мне быть мамой. Чувствительность помогает строить контакт с ребенком, но она же добавляет кучу лишних переживаний. Но гештальт-сообщество, в котором она прокачалась для работы, дало мне в замен огромное количество связей, чтобы всё это пережить. Впрочем, папу сына мне тоже подарил гештальт.

Тормоз и газ


(473 день матерства)
Как-то одна знакомая мама рассказала мне про лучшую воспитательницу, которую встречала. Это была седая женщина с избыточным весом. Он настолько мешал ей, что она ходила с палочкой — коленные суставы отказывали. Зато дети в её группе были самыми счастливыми и организованными. В тихий час они успокаивались. На прогулке радостно носились вокруг любимой воспитательницы, которая сидела на лавочке — как массивная ось карусели.
Наблюдая за тем, как растёт сын, я не перестаю удивляться его подвижности и собственной статичности. И, кажется, чем больше я замедляюсь и замедляюсь, тем больше он может позволить себе свободы. А чем я быстрее и суетливее в погоне за ним, тем больше он останавливается и удивляется мне.
Замечали, что и в терапии так часто бывает? Рядом со спокойным терапевтом клиент позволяет себе разгоняться. Рядом с энергичным – может замедлиться. А иногда мы просто синхронизируемся. Так или иначе, чтобы лучше это замечать и управлять этим процессом, важно регулярно создавать себе опыты замедления и ускорения.
В том числе этим мы будем заниматься на телесном классе для помогающих практиков. Занятия проходят по средам с сентября по декабрь с 11:00 до 12:00.
Стартуем, если наберем ещё 5 участников для понедельника. Если планируете записаться – обращайтесь к Егору.
Вот тут есть подробности. А если нужно что-то ещё узнать… угадайте… пишите Егору :Р

PRO(не)подвижность (470 дней матерства)


(текст важный сам по себе, но потом будет приглашение на занятия)

Наблюдая за тем, как растёт сын, я не перестаю удивляться его подвижности и собственной статичности. С приходом в детский сад в рамках подготовки к школе мы учимся сидеть на месте: сначала 15 минут, потом 20, в школе — 40 минут, в институте — полтора часа, на работе — по 7 часов. Чтобы потом платить деньги докторам, которые скажут: «Нужно больше двигаться. Ну хотя бы разок за полчаса».
С возрастом мы учимся делать всё эффективнее. Минимизируем прикладываемые усилия во всём: от дыхания до ходьбы. Даже базовый метаболизм начинает падать. В детстве всё ужасно неэффективно: много лишних движений, нелепых попыток, странных практик. Зато ничего важного ещё не выкинуто в погоне за КПД.

Например, тряска — такое клёвое танцевальное движение. Мой сын в год с хвостиком может выполнять его снова и снова, не заскучав. Ведь это прикольно. А как давно вы позволяли себе хотя бы 10 минут потрястись (не на массажном кресле и не пробуя виброплатформу, а самостоятельно и просто так)? Если ваш ответ превышает месяц — приходите к нам с мужем на телесный класс, будем трястись (и не только) почаще.
Занятия проходят по средам с 11:00 до 12:00 (первая и последняя встреча до 12:30).

Сентябрь 3 10 17
Октябрь 8 15 22 29
Ноябрь 5 12 19 26
Декабрь 3 10 17

Уточнить детали и записаться можно у Егора.

Родили телесный класс для помогающих практиков


Первый телесный класс мы с Егором запустили в 2022 году. Помню номер гостиницы во Владимире, йога-коврик, кровать за спиной и смутную тревогу, растворяющуюся в шуме дождя за окном. Сегодня кажется, что всё это было в прошлой жизни.
Потому что мой взгляд на телесность полностью перевернулся в 2024 году, благодаря опыту родов. Я бы описала его как проживание телесности, которую невозможно контролировать, но которой можно управлять. Думаю, это справедливо в отношении многих процессов в нашей жизни.
Например, настроение. Мы не можем просто взять и сделать настроение здесь и сейчас повеселее. Но мы можем подкинуть в него приятных ощущений, интересных мыслей, контактов с хорошими людьми, а также привычку всё это замечать. Вуаля! Настроение медленно, но меняется в более приятную нам сторону.
Или терапевтическая позиция, которая, по сути, то же настроение. Чем мы наполняем его телесно?
Приходите к нам не контролировать, но проживать.
Делать это будем в переломное время года — осенью, с сентября по декабрь, утром по средам.
Если группа наберётся в ближайшие две недели, то расписание выглядит так:
11:00–12:00 (первая и последняя встреча до 12:30).
Сентябрь 3 10 17
Октябрь 8 15 22 29
Ноябрь 5 12 19 26
Декабрь 3 10 17
Подробнее есть тут
https://psyvert.ru/masterskie-i-gruppy/telesnyj-klass-2025/
Запись у Егора в телеграм
https://t.me/Egor_Klevtsov