Отпуск до 5.04


Дорогие мои товарки и товарищи! Я чуть-чуть поучусь завтра, то есть уже сегодня, и буду отдыхать. Но мне будет приятно, если пока я буду отдыхать, вы будете обо мне вспоминать. Что я хочу сделать, когда вернусь:

1. Взять клиента/ку для участия в исследовании гештальт-терапии. Вот тут об исследовании я подробнее рассказала. Например, по понедельникам в 18.00 или средам в 13.00.

2. Помимо этого места, у меня освободилось ещё одно. И я хочу поработать с парой одна, так как сейчас прохожу обучение. Например, по понедельникам в 17.30 или средам в 12.30.

3. Есть место для пары супервизантов с сеттингом 1-2 раза в месяц по средам с утра в 10.00 или 11.00.

4. Умею супервизировать тройки. Могу выезжать куда-то раз в две пятницы 14.00-17.00 и раз в месяц по вторникам 15.00-18.00.

Про волю (по следам мастерской Екатерины Румянцевой на Зимней школе)


Если читать сугубо дневники неофитов и клиентов гештальт-терапевтов, может сложиться впечатление, что всё сводится к знаменитому “делай только то, что хочешь” г-на Л. (и это не К. Левин). Принцип этот хорош до тех пор, пока ты не пытаешься руководить корпорацией, построить дом или сохранить свою профессиональную жизнь, будучи мамой грудничка. Если доводить его до абсолюта, можно легко оказаться в меме: “Устройся на работу! – Это абьюз!” Но в отечественном гештальте чаще говорят про полевое и реже про волевое. По крайней мере, я так думала, пока не нашла единомышленников: Катю Румянцеву и участниц с участниками её мастерской про волю. Это помогло мне докрутить старую мысль на основе моей практики, а ещё сделать важное открытие про торможение в моей жизни.

1. Понятие воли близко гештальт-терапии в том месте, где она опирается на представления Курта Левина. Он противопоставлял поведение полевое – подчиненное валентностям жизненного пространства человека – волевому. Потребности, например голод, могут заставить человека двигаться долгое время по неприятной местности в поисках пищи. Воля возникает там, где голод утолен, но человек продолжает двигаться “против шерсти” в поисках пищи, чтобы сделать запасы или добыть пищу другу. Он ставит цель, которая не предполагается напрямую силовым полем. И преодолевает препятствия на пути к ней. Он удерживает намерение.
Откуда может взяться такая способность к приложению дополнительного усилия? С точки зрения КИТ – это опыт, когда силу прикладывал другой человек, который управлял и направлял поведение ребёнка. Выходит, что воля взрослого – результат интериоризации (или интроецирования в терминах гештальт-терапии) внешнего побуждения. Отсюда вытекает ограниченность в способах волевой регуляции: я могу понуждать себя к действиям или останавливать себя теми способами, которые усвоил из обращения со мной прежде. А также то, что отношения с регулировавшим человеком, могут влиять на способность к волевой регуляции. Человек может переносить гнев на внутренний объект, разрушая таким образом волевой процесс. “Назло тёще отморожу уши”.

2. Я давно работаю в личной терапии над своим трудоголизмом и шопоголизмом. Почти что успешно. Но именно на Катиной мастерской я обнаружила, что я попросту не могла научиться у моих родителей торможению в этой области. Они выросли в СССР и их торможение не было волевым. В покупках останавливал дефицит, в рабочей страсти – здоровье (маму) и госплан (отца). Так что приходится всему учиться самостоятельно, то обгоняя, то равняясь с родителями.

Моё общее впечатление от конференции тут.

Про классный круглый стол ещё напишу, наверное.

Зимняя школа 2026


Я долго пишу этот текст в своей голове. Как иной невротик прокручивает разговоры прошедшего дня, представляя себя неожиданно прозорливым и даже смелым. Разница в том, что он хоть как-то сказал днем. А я вроде и не написала ничего толком и думала уже забросить эти попытки. Но тут мне в руки попалась прекрасно сделанная брошюра “За пределами реальности” и я прочитала (к своему стыду впервые) предисловие. Начинается оно так: “В старой славянской культуре существовали такие понятия, как “явь” и “навь”. Явь – это настоящее, существующее в нашем пространстве в настоящий момент. Навь – иллюзия, показывающая то, чего в данный момент в нашем настоящем времени и пространстве нет”. Тут можно было бы рассуждать об абсурдности формулировки, что в старину навь была чем-то ненастоящим, иллюзорным. Тогда бы пришлось предположить, что славяне таинственным образом избежали периода магического мышления. Можно было бы зазвать “полевых практиков” в другом, чем гештальтисты,смысле, чтобы они объяснили, чем чревато обозначение всех миров, кроме срединного, иллюзорными. Ну да ладно. Главное, что “прогулка в навь” – это подходящая метафора для описания того, что происходило с моей психикой.
С одной стороны, я была в восторге от того, как всё организовано. Удобно, четко, ясно и понятно. Брошюра вообще совершенство: ещё меньше ошибок и ноль несуразностей. Ну ладно, если прямо придираться, то оглавления в ней не хватило. К месту я уже привязалась. В Софрино меня всё радует, не считая цен. Хорошо, что повторяется успокаивающая традиция: первая лекция Данилы Хломова, последняя Алёны Юдиной. Но есть простор для новизны – лекция Максима Линенко о теории развития в гештальте неожиданно порадовала. Всё, что можно, – транслируется в интернет и на телевизоры в ресторанах. Я побывала на двух чудесных мастерских, двух круглых столах, послушала две замечательные лекции. Пиршество духа, профессионализма и личностного развития со всех сторон.
И в то же время… у стоек регистрации чёрно-белый и слегка плосковатый Фриц Перлз курил в своем кресле, словно на какой интенсив приехал. Рядышком не кресло, а почти что трон, для гостей столицы участников мероприятий. И стол с прикованным к нему “Эго, голодом и агрессией”. Рядом размером со всю эту инсталляцию, чуть загораживая перлзово плечо, если смотреть от лифта, – растяжка, на которой пятилапый и трехголовый дракон обнимает Даниила Нестеровича. Вот и выбирай, где сфотографироваться. То ли просунуть голову в одну из ролей шизоида, пограничника или нарцисса, но куда не сунься – будешь обнимать начальника? То ли с агрессией прикованной к мебели, заглядывая в глаза отца-основателя, вздыхать: “Фриц, мы всё прое…”?
У регистрации продажа мерча. Мерч классный, разбирают быстро, особенно на входе. И в то же время благотворительная ярмарка с чудесными куколками, кокошниками и прочей милотой ютится под лестницей между престарелыми игральными автоматами. На их месте книжки и стол с предсказаниями/пожеланиями/цитатами без печенек.
Это первая в моей жизни “Зимняя школа”, на которой мне было не просто одиноко, а прямо тоскливо. Одиноко, потому что почти никого из тех, с кем я давно и плотно дружу, не было. А те, что были, – были лишь мимолетно заскочить на аккредитацию. Тоскливо потому что многих из тех, кого показывали по слухам на вечере воспоминаний, уже никогда не приедут, хоть и живы. Потому что советская эстетика 60-х не то же самое, что эстетика хиппи, но обе они канули в лету. И как ни упирай спину Перлза в растяжку с Хломовым, дух гештальта ближе не станет. Потому что открывающая лекция теми или иными словами об одном и том же вот уже сколько лет. Только сижу я теперь в зале новых и не знакомых мне людей, но они уже что-то начинают подозревать – записи-то последних лет доступны в сети.
Можно удивляться тому, как так выходит. Но всё встает на свои места, если посмотреть на лекцию вождя как на ритуал камлания, отправляющий участников в потусторонний мир, позволяя игнорировать фон реальности. Оказывается, ушедшая из мира магия может превращаться в хази.
Куда делись мои друзья? Одним стало дорого и бессмысленно. Другие уехали из страны и им стало ещё дороже, а кому-то и опаснее. Принципиальное отсутствие онлайн формата при цене проживания в отеле равной месячной зарплате среднего преподавателя вуза или школьного психолога, от половины до трех месячных доходов с практики начинающих гештальт-терапевтов – подчеркивает экономическое неравенство. А оно в сообществе достигло тех масштабов, когда в пору объявлять стипендии для поездок перспективных студентов на “Зимнюю школу”. Наверное, неизбежно после взрывного роста.
Перед отъездом разглядывала фальш-мозаику на ДТГ. Ёлки что ракеты тычут в небо, пролетают мимо, остаюсь в пролете просквозившей навским ветром двери вечно не закрытого гештальта. Но это же лирика, иллюзия, навь. Правда?
Вот даже и не знаю, писать ли теперь о мастерских и пр.?

Свободная касса


Дорогие мои! У меня освободилось два места для долгосрочной гештальт-терапии и я впервые этому рада.
Почему? Потому что хочу сделать вклад в науку и поучаствовать в исследовании гештальт-терапии под руководством Маргерита Спаньоло-Лобб. Это исследование как эффективности гештальт-терапии как таковой, так и рабочих факторов в нашем подходе.
Поэтому я буду рада клиентам, которые согласятся на участие в исследовании. Что для этого нужно:

1. Стать моим новым клиентом (т.е. раньше у нас не было клиент-терапевтических отношений, визиты на разовые мастерские на конференциях не в счет). При этом быть старше 18 лет и не иметь серьёзных психических заболеваний (шизофрения, тяжелая депрессия, тяжелое биполярное расстройство). Можно ли обучающимся гештальт-терапевтам в рамках обучения? Можно.

2. Подписать после первой встречи информированное согласие и заполнить опросник первый раз. И затем заполнять его раз в 6 месяцев.

3. В исследование подойдут только кейсы с сеттингом раз в неделю и желательно длительная терапия (от 12 месяцев).

В моем случае – это онлайн.

Свободные часы уточняйте при записи.

Зачем сказки психотерапевтам?


Читая сказки сыну, я отлично понимаю, что читаю их себе. С тем же успехом я могла бы просто показывать ему картинки и придумывать. Я так и делаю днём. Но вечером открываю книгу и читаю сказки. Иногда смеюсь. Иногда удивляюсь. Иногда вздыхаю. Иногда плачу. Зачем мне это? Ведь гештальт-терапевт – своего рода менеджер по связям с реальностью. К чему эти вымыслы? Волшебство? Надежды?
И вот что говорит мое чувство реальности: если сказки всё ещё пишут, значит зачем-то они нам служат.
– через вымысел и остранение что-то новое понять про себя и мир
– успокоиться
– вернуть себе надежду и веру в чудо в хорошем смысле этих слов
– соприкоснуться с чем-то большим, чем я есть
– размять воображение
На днях читала грустную сказку. Подумала, что она про несправедливость и языческий рай. А потом про то, что моя яркая звезда с тёплой земли под вольным небом – это сказки. Понесу их в Софрино на Зимнюю школу. А сказка такая:

Читать далее →

…

Я могла бы написать “В Новом году, новые правила”, но это не правда – всё по-старому.
Только скорректировала некоторые формулировки в условиях для сотрудничества для клиентов (см. на psyvert.ru) , а также стоимость часа поднимаю на 1000 рублей.

Рождественские встречи во Владимире

Кажется, 2025 год был для меня годом знаковых конференций. Причем новых знаковых конференций. Вот и во Владимире аккурат между Рождеством и Крещением состоялась первая региональная конференция с таким поэтичным названием “Рождественские встречи во Владимире”.
То, как я добиралась туда, – это была отдельная песня, спетая кое-как в личном блоге из поезда Москва-Нижний Новогород. Так на месте выяснилось, что нас ещё и переселили из арендованной квартиры поближе к окраинам, ну и пусть.
Очень я люблю Владимир, поэтому волновалась: понравится ли мне конференция и понравится ли город моим любимым коллегам, которых я зазывала на диво глубоким сообществом и гастрономическим изобилием. И всё случилось: коллегам понравилось, мне понравилось, только вымоталась я слишком. Не хватило времени прогуляться по любимым местам силы и побыть в одиночестве. Потому что взгляд разбегался по темам и ведущим: было щедро и сказочно.
В первый день побывала у Дениса Супруненко на мастераской “От тьмы к свету: психологический смысл славянских новогодних ритуалов“. И, несмотря на то, что я с трудом сдерживала фейспалмы от поверхности прочтения этнографических материалов, в результате волшебство свершилось. Каждый сконструировал в сопровождении коллег свой ритуал-гадание. И осуществил. А значит чуть больше стало надежды и света в мире. Причём буквально. У нашего совместного ритуала был метаритуал: при входе каждый отмечал свой стул фонариком и возвращал его в центр погашенным. А в конце мы снова их зажигали и передали на хранение нашему “волхву”, пока батарейки не сядут. Не знаю, горит ли ещё этот огонь где-то в материальном мире. Зато в груди тепло вспоминать. А значит, шалость удалась.
Хотела во второй параллели на круглый стол, а зашла на “Быстрые свидания с ролевой идентичностью” у Ивана Чернышева и Павла Филякина. Это офигенный мужской дуэт. Павел будто растворяется в поле, а Иван фокусирует и удерживает фигуры. И эксперимент был чудесный. Узнала много нового о себе, как о психотерапевте. Например, что может я бы и работала в каком-нибудь краткосрочном подходе с простыми темами, но мне было бы не слишком хорошо – очень уж я люблю долгосрочные отношения. И в очередной раз убедилась, как могу бесить людей своей внешностью, стилем и способом подачи. И правильно делаю. Потому что они отражают мои глубинные убеждения. И зачем мне быть с людьми, которых они могут задеть и травмировать? А главное – им со мной зачем? И выбирать себе идеального клиента – редкий дар для психолога. Мы не выбираем, нас выбирают. Или нет?
С Нелли Федоренко провели наши “Сказки для усталых терапевтов“. Нелли запуталась в подготовленном плане, я в уровнях погружения в сказку, а в итоге получилось душевно и легко. Были сказки, были инсайты. Жаль только участников было слишком много и не было возможности сказки подслушивать. Повезу с небольшими изменениями эту же мастерскую на “Зимнюю школу”. К сожалению, без Нелли.
А во второй день я уже решила чуть-чуть отдохнуть. Сходила только к Але Кабатовой на мастерскую “Несварение любви. Банка с огурцами как переходный объект”. И было это так внимательно, глубоко и нежно, что многое переварилось. И потом ещё переваривалось, пока я гуляла по городу, разглядывала арт-объекты и искала, чем себя порадовать.
Лекции все слушала, в экспериментах участвовала, даже когда спала. Такая вот я жадная мама, сбежавшая на 2 дня из семьи.
Место для конференции было выбрано чудесное. Древний сад, оранжереи, детские кружки. Ёлки живые. Огоньки – почти что. Резные белочки и лесные лики. Всё это настраивало на сказочный лад; поиск приключений на мои четыре лапы, кокошник и стрелу; и заложило хороший настрой на возвращение в рабочий ритм.
А ещё была выставка художественных работ участников в виде презентации. И я влюбилась в пейзажи Григория Харькова и Натальи Демниченко.
А ещё был классный мерч конференции: свечи, успокоительные камешки-фиджеты с Владимирским Львом, вазочки.
Из недостатков:
– опять конференция в три параллели. Это ж как пережить, если ты жадный? В общем, снова принудительная прокачка эго-функции;
– презентации всех параллелей махом – сложно ориентироваться идом, только память, персоналити, хардкор.
Из пожеланий:
– а вот бы для всех желающих гостей ещё какую-нибудь клёвую экскурсию!
Спасибо организаторам, вдохновителям, волонтёрам. Как же я рада, что теперь могу ездить во Владимир ещё и на конференцию.

365 дней заботы о себе


Подводя итоги 2025 года, я их подвела. Забыла упомянуть результаты самого длинного на моей памяти эксперимента над собой.
В начале прошлого года я вдохновилась челенджем Вики Ашихминой, гештальттерапевтессы, культурологини, сексологини и травматерапевтки. Она обещала выкладывать в нельзяграме каждый день небольшие отчеты о том, что удалось сделать хорошего для себя, пусть и через силу, но непременно заради удовольствия и радости, если не сегодня, то уж точно завтра приходящих удовольствий и радостей. В начале года я унывала и решила вписаться в челендж.
1. И первый его итог – я прожила самый запоминающийся и самый залдокументированный год в своей жизни. У меня в нельзяграмме можно посмотреть все дни в избранном, а тут есть альбом со всеми сделанными коллажами.
2. Я развила две полезные привычки: подмечать, что я делаю для себя хорошего в течение дня, и делать его!
3. Развила одну вредную привычку – стала в конце дня перед сном пыриться в телефон.
4. Утратила три полезные привычки – читать перед сном бумажные книги, откладывать за 2 часа до сна всякие устройства, которые светят в глаза, писать перед сном хотя бы пару строчек в бумажный дневник.
5. Наполнила два блога кучей историй. Выкладывала их в нельзяграме и в своем личном канале в телеграме.
6. Получила кучу поддержки друзей, даже когда что-то не получалось. А когда получалось – особенно. Вообще, что-то делать в сториз – приятно оживляет старые контакты. Благодаря этому челенджу, оказалась на детской ёлке со старой знакомой. Побывала на паре выставок.
7. Первый месяц челенджа сподвиг меня записать первый влог о его результатах. И это постепенно переросло в регулярные видео-записи Сатьи Бабы Разберихи по вторникам.
Разглядывая фотографии ушедшего года, я вижу в них много нежности, любви, радости и усилий, чтобы поддерживать их в моей жизни.
Я сделала последнюю сториз челенджа в новогоднюю ночь и на этом его закрываю. Мне интересно наблюдать, сколько продержатся обретенные полезные привычки. Сколько времени уйдет на восстановление старых полезных. И устранение вредностей.
А сейчас разложу свои таблетки на неделю и пойду читать в кровать. Бумажные комиксы.

P.S. Если кто-то готов – подхватывайте эстафету. Интересно, что у вас получится.
P.P.S. Как же круто, что я всё-таки могу делать что-то ежедневно только для себя! Хоть и с социальным подкреплением.

Пока, 2025,

ну ты и дал! Или я дала.

Смотрю на уходящий год и у меня складываются противоречивые впечатления. С одной стороны он был ярким, бурным и даже в чём-то буйным. С другой стороны, много чего не получилось, о чём мечталось. Лейтмотивом года была битва за связность. Постоянные смены интернет платформ и протоколов, поиски обходов блокировок, сложности в выстраивании диалога, поиск своих. Ощущение на кончиках пальцев, что почти дотянулись, но нет. Или да, но лишь на мгновение. А если в числах и фактах…

Читать далее →

Потрясение и исцеление души в литературе и гештальт-терапии


16-17 декабря побывала на первой в своем роде конференции о гештальт-терапии и литературе. Название – “Потрясение и исцеление души…” оказалось говорящим. Кажется, давно я не чувствовала себя настолько беззаботной и счастливой. Несмотря на завершавшийся бронхит, дышалось мне хорошо, думалось – весело, смеялось – звонко.
Первый день был сказочный.
Заглавная лекция Наташи Кедровой была про целительную любовь писателя к описываемой жизни и персонажам. Узнавая персонажа в себе, соединяясь с ним, принимаю обстоятельства читатель может напитаться этой любовью и стать к себе добрее. Увы, такое не всегда получается. Иногда, узнавая в персонаже себя, мы испытываем отвращение, стыд, злость или вину. Но даже если этим чувствам позволить быть, например, обсуждая опыт чтения с терапевтом, всё равно за ними будет больше принятия и уважения.
В первой параллели побывала на мастерской у Оли Трегубовой и Марины Починской “Потрясающая и исцеляющая сказка обо мне”. Побывала галлюциногенной жабой – если облизать, то можно мечтать без границ, если поговорить – то можно сэкономить денег. А потом котенком девочки, чья мама попала в больницу под Новый год. Сказка получилась вполне себе святочной – будут силы и время напишу её художественно к следующему Йолю.
Потом я насобирала себе огромный to read лист на круглом столе “Литература в зеркале психотерапии”.
А вечером мы с Нелли Федоренко провели наши “Сказки для усталых терапевтов”. У нас был почти живой огонь. Сказочная музыка. Приглушенный свет. Подарки. И 6 усталых терапевтов. Из чего сложился волшебный вечер, в который мир стал чуть-чуть лучше. Оттуда я унесла ещё одну сказку и связав её с первой, много чего про себя поняла. А ещё поняла, что хорошая психотерапия похожа на святочный рассказ. В экспозиции клиент и терапевт описывают для себя друг друга. Затем наступает хаос, полный страдания, который может длиться очень долго. Но в результате – чудо. Часто маленькое, совершенно обыденное, но оно меняет всех участников истории. И наступает своего рода гармония, в которой обновленный герой встречает ту жизнь, в которой ему достаточно хорошо.
Второй день был читательски-писательский. Возможно, потому что я малодушно пропустила утреннюю лекцию и общалась с коллегами, разглядывала вещи благотворительного фонда “Свежий ветер”, а ещё менялась книгами. Да! там был букскроссинг! Утащила себе “Сыновей Ананси” Геймана и всяческой другой красоты.
На мастерской про “Любовь к жизни” чуть успокоилась в своем страхе быть мертвой мамой, что клиентам, что сыну. Не получится.Столько любви к краскам, запахам, вкусам и музыке, столько юмора, жизнестойкости и уважения к смерти – всё это бесконечно далеко от мертвенности. А ещё я любовалась структурой мастерской. Так здорово она была выстроена, что гештальтисты так соблазнились жизнью и разбушевались, что смеялись даже в процессе дачи инструкций.
А потом на круглом столе говорили о том, как психотерапевты читают. А потом на другом уже – как пишут. И в обеих ролях мне было хорошо и интересно. Думала о том, что отличается творчество от невроза. Есть распространенная фраза: “Если можешь не писать – не пиши”. Она мне не нравится тем, что превращает писателей в каких-то импульсивных подростков. Писательство – труд. Да, подразумевающий страсть, но ещё – много работы. И, ИМХО, в этом месте и начинается искусство, когда первичным становится не сам импульс, а волевая концентрация на придании переживанию формы. И это то, что может быть даже того, когда можешь не писать. Но выбираешь почему-то продолжать. Вот так я выглядела на этом круглом столе. Сама себе завидую. Всем бы так вовлекаться и радоваться на профессиональных мероприятиях.
За фото спасибо Екатерине Постниковой. Умеет она ловить свет там, где он есть.